Путеводитель по Китаю
Каталог статей
Меню сайта



Поиск

Приветствую Вас, Гость · RSS 20.09.2020, 12:48

Главная » Статьи » История Китая 5



Освобожденные районы - 2
Постепенно в наиболее стабильных освобожденных районах (особенно в Северном Китае) складывается довольно развитый политический механизм, позволяющий КПК осуществлять свою руководящую роль через различные законодательные, исполни­тельные и юридические органы, действовавшие на основе созда­вавшегося законодательства. Одна из особенностей этой новой государственности заключалась в том, что формально она исхо­дила из признания суверенитета Национального (гоминьдановского) правительства, в своих нормативных актах она указывала на связь с общенациональным (гоминьдановским) законодатель­ством и во многом пользовалась его терминологией. Политичес­кая же реальность функционирования этой власти была принци­пиально новой. Особенно эхо хорошо видно на примере безраз­дельной руководящей роли КПК. Своеобразно эта реальность проявлялась и в проведении социально-экономических преобра­зований и прежде всего в аграрной сфере.
Аграрная политика КПК в годы антияпонской войны склады­валась и развивалась как составная часть политики единого на­ционального фронта, одной из предпосылок создания которого был отказ КПК от политики радикальной ломки традиционных аграрных отношений, от политики конфискации земель местных богачей. При всех различиях нормативных актов по аграрному вопросу, принимавшихся властями освобожденных районов, они совпадали в некоторых основных положениях: они исходили (дек­ларируя это или нет) из Аграрного закона гоминьдановского правительства 30-х гг., требовали снижения арендной платы на одну четверть (она не должна превышать 37,5% урожая), сниже­ния ссудного процента (он не должен превышать 10% годовых), проведения рациональной и справедливой налоговой политики. Эта политика исходила из признания права частной собственно­сти на землю со всеми вытекающими из этого последствиями (право купли-продажи, сдачи в аренду, заклада и т.п.), но, вместе с тем, эти положения не имели обратной силы и полученная крестьянами до начала антияпонской войны в районе Шэньси— Ганьсу—Нинся земля за ними сохранялась.
Однако Мао Цзэдун и его сторонники рассматривали такую аграрную политику лишь как вынужденную «уступку» Гоминьда­ну, не понимая ее стратегического значения в условиях нацио­нально-освободительной революции. Такой подход, с одной сто­роны, мешал по достоинству оценить экономическую и особен­но социальную эффективность реформистской политики, а с другой, вел к постоянному рецидиву левосектантских перегибов (конфискация земли, уничтожение богачей и т.п.), что ослабля­ло освобожденные районы. Необходимость преодоления этих оши­бок отвлекала силы КПК от решения задач непосредственной борьбы с японскими агрессорами. Как правило, приступая к осу­ществлению сугубо реформистских мер в рамках политики еди­ного фронта, коммунисты с фатальной неизбежностью соскаль­зывали в привычную колею «антипомещичьей» борьбы, «аграр­ной революции» и т.п. Но если раньше это было прежде всего результатом доктринального принятия соответствующей полити­ческой ориентации, то теперь это становилось почти неизбеж­ным результатом определенной корыстной заинтересованности новых властных структур, активистов этих преобразований в пе­рераспределении собственности зажиточной части деревни (про­довольствия, скота, земли и другого имущества).
Несмотря на это, в целом аграрная политика КПК в годы ан­тияпонской войны может быть оценена как достаточно эффек­тивная, так как 8-я и Новая 4-я армия имели все-таки прочный и спокойный тыл, имели источники пополнения своих рядов и источники материального снабжения. Кроме того, показателем определенной успешности этой политики является некоторый рост производства продовольствия и сырья в освобожденных райо­нах в годы войны. Это и позволило снабдить продовольствием не только армию, но и государственный и партийный аппарат. Хотя имел место определенный рост налогообложения, его более спра­ведливый характер (прогрессивное обложение в первую очередь сельских богачей и льготы бедноте) способствовал улучшению положения середняков и бедноты. Об этом же говорила и поли­тическая нейтрализация эксплуататорской части деревни в годы войны, не препятствовавшая ее экономической активности. Бо­лее того, такая политика способствовала привлечению патрио­тически настроенной зажиточной части деревни к совместной борьбе против японской агрессии, стала экономическим фунда­ментом политики «трех третей».
Успешное политическое и социально-экономическое разви­тие освобожденных районов было в первую очередь результатом активной военно-политической деятельности вооруженных сил КПК и, в свою очередь, делалось основой их роста и совершен­ствования. Создававшие освобожденные районы в тылу японских войск части 8-й и Новой 4-й армий пополнялись прежде всего за счет местных военных формирований различного толка. В Север­ном Китае издавна действовали традиционные тайные общества (типа хорошо известных «Красных пик»), имевшие свои воору­женные отряды. Повсеместно были распространены вооруженные отряды сельской самообороны («миньтуани»). В японском тылу стихийно возникали партизанские отряды, состоявшие зачастую из солдат и офицеров разгромленных гоминьдановских войск. Действовали в японском тылу и отдельные части и подразделе­ния гоминьдановской армии, возглавлявшиеся патриотически настроенными офицерами. Коммунисты, обладавшие длительным и большим опытом партизанской войны, выступили организато­рами всей этой пестрой массы вооруженных людей, стремившихся включиться в борьбу против японских захватчиков, на защиту своих деревень и своих семей. Под патриотическими лозунгами войны сопротивления вооруженные силы КПК вовлекали в свои ряды эти разнородные вооруженные формирования, вступали с ними в сотрудничество, привлекали на свою сторону их руково­дителей или же их устраняли.
Используя общенациональный (гоминьдановский) закон о воинской обязанности в условиях войны сопротивления, влас­ти освобожденных районов прибегали также к мобилизации лиц призывного возраста для пополнения вооруженных сил. Однако в целом КПК не ощущала недостатка в пополнении своих воо­руженных сил. Их расширение скорее сдерживалось нехваткой вооружения. За первые три года войны вооруженные силы КПК выросли более чем в десять раз, превысив 500 тыс. бойцов. Одна­ко в 1941—1942 гг. в связи с развернувшимся наступлением япон­ских войск на освобожденные районы и сокращением их терри­тории произошло и некоторое сокращение армии (примерно на 100 тыс.). В дальнейшем вооруженные силы КПК вновь значи­тельно выросли, достигнув к апрелю 1945 г. 910 тыс. в регулярных частях и 2,2 млн бойцов ополчения.
Таким образом, КПК располагала мощной военной силой. Однако установки маоистского руководства фактически сдержи­вали боевую активность этой огромной армии. Мао Цзэдун об­разно формулировал это так: 10% усилий — на борьбу с японс­кими захватчиками, 20% — на защиту от Гоминьдана, 70% — на сохранение своего потенциала. Такая установка вела к полному приоритету партизанской тактики, к отказу от сколько-нибудь крупномасштабных операций против японских войск и была рас­считана на победу над агрессором силами своих союзников.
Категория: История Китая 5 | Добавил: defaultNick (01.06.2012)
Просмотров: 1107 | Рейтинг: 5.0/10
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Copyright MyCorp © 2020
Конструктор сайтов - uCoz Яндекс.Метрика