Путеводитель по Китаю
Каталог статей
Меню сайта



Поиск

Приветствую Вас, Гость · RSS 23.05.2019, 11:06

Главная » Статьи » Из истории Китая



Конфуцианство в Китае-2
В соответствии с этим Конфуций и его последователи пытались решать социальные проблемы не экономически­ми средствами, а с помощью морализаторских поучений и строжайшего соблюдения этических догм. Широкое рас­пространение среди конфуцианцев получило такое утверж­дение: «Умереть с голоду — событие маленькое, а утратить мораль — большое».
По этико-политическому учению Конфуция, общество делилось на «благородных мужей» (цзюнъцзы), обладаю­щих высокими морально-этическими качествами, и «нич­тожных людей» (сяожэнъ), управляемых этой элитой.
Духовную основу всех качеств «благородного мужа» составляет учение о «великой морали» (да дэ), которая имеет «небесное происхождение». Небо в состоянии награ­дить человека совершенными качествами, которые и воп­лощены в «благородном муже» — он стоит на страже «не­бесного веления», чтобы его не могли нарушить остальные люди, не наделенные этими качествами.
Созданный Конфуцием абстрактно-утопический иде­альный образ — «благородный муж» наделялся качествами человека честного и искреннего, прямодушного и бесстра­стного, все видящего и понимающего, осмотрительного в речах и осторожного в делах. Относясь безразлично к еде, богатству, жизненным удобствам и материальным выго­дам, «благородный муж» должен всего себя посвятить вы­соким идеям, служению людям, поискам истины. Эталон морального и этического совершенства, он призван служить образцом поведения для всех.
«Благородный муж» обладал «пятью добродетелями»: человеколюбием (жэнъ), долгом (и), нормами пове­дения (ли), знанием (чжи), верностью (синь) и, кроме то­го, сыновней почтительностью (сяо). Русский перевод фор­мулировок «пяти добродетелей» крайне условен: каждая из этих категорий конфуцианской этики имеет слишком ем­кое содержание, чтобы его можно было выразить одним русским словом.
Существо «пяти добродетелей» состоит в следующем.
Человеколюбие (жэнъ). Китайский иероглиф жэнъ состоит из двух смысловых элементов: «человек» и «два» (цифра). Конфуций считал, что человек обладает врожденным чувством человеколюбия, которое, однако, пробуждается и проявляется только в общении с другими.
В широком смысле слово жэнъ означает совокупность этических и социальных принципов взаимоотношений ме­жду людьми: милосердие, сдержанность, скромность, доб­рота, сострадание, любовь к людям, альтруизм и другие высокие нравственные качества.
Принцип жэнъ был выдвинут Конфуцием прежде все­го для урегулирования отношений внутри господствующего класса: знатные люди в отношениях между собой должны проявлять любовь и солидарность. Человеколюбие недо­ступно простолюдину. «Есть благородные мужи,— говорил философ,— которые не обладают человеколюбием, но нет низких людей, которые обладали бы человеколюбием».
Жэнъ синтезирует в себе идеальные качества, которыми якобы были наделены мифические китайские правители Яо, Шунь и Юй. Конфуций призывал современников брать с них пример и руководствоваться жэнъ, т. е. стремиться к нравственному совершенствованию. Все добродетели человека, считал он, происходят от жэнъ — основного прин­ципа, на котором базируется здание общества.
Долг (it). Высший закон жэнъ материализуется в жиз­ни посредством долга (и). Само понятие и многозначно. Оно суммирует определенные моральные обязательства, которые добродетельный человек добровольно на себя при­нимает.
Нормы поведения (ли) составляют основу основ учения Конфуция. Они включают в себя такие понятия, как «церемонии», «благопристойность», «правила этикета», «обряды». Но и все эти понятия, вместе взятые, лишь при­близительно передают значение ли.
Экономические отношения, которые лежат в основе любых отношений между людьми, подменялись Конфу­цием морально-этическими категориями, выраженными в его учении о сущности ли.
«Внедрение в сознание китайца различных церемо­ний,— отмечал русский китаевед В. П. Васильев,— избав­ляло от столкновений, ссор, брани, преступлений, так что благодаря церемониалу, который существовал тысячеле­тия и усваивался каждым китайцем почти с рождения, трудно было вывести его из терпения».
«Китайские философы в своих сочинениях,— писал ан­глийский китаевед Г. Д. Джайлс,— вполне признали, что церемонии, приветствия, поклоны, правила старшинства и правила, соблюдаемые на улице, не имеют никакой дей­ствительной стоимости, если смотреть на них вне тех ус­ловий, с которыми они обыкновенно ассоциированы; вме­сте с тем они доказывают, что без такого условного обуз­дания в результате ничего, кроме беспорядка, не было бы».
По представлениям конфуцианцев, человек в своих действиях не должен исходить из низменных чувств, не должен поддаваться естественным порывам: выражать гнев или радость, любовь или ненависть. Он обязан неиз­менно исходить из предписанных моральных догм, какие бы страдания это ему ни доставляло.
Принципом ли регламентировались взаимоотношения между людьми, нормы поведения человека в обществе. Китайский этикет исходил из того, что извечно и неизмен­но существуют три вида отношений: правителя и поддан­ных, старшего и младшего, отца и сына. И хотя отношения между старшим и младшим, отцом и сыном, казалось бы, лишены классового содержания, однако все эти догматы конфуцианства были призваны сохранить на века патриар­хальную семейную и социальную систему во главе с «про­свещенным и совершенным правителем».
Знание (чжи). Этико-политическое учение Конфуция не базируется на какой-либо теоретико-познавательной фи­лософской основе. Вопрос о знании и его источнике Кон­фуций сводил к изучению древних книг и заимствованию опыта предков. Основным методом получения знаний он считал обучение, а источником их — древние предания и летописи. Вот почему конфуцианцам всегда было чуждо критическое осмысливание прежнего и нового опыта раз­вития общества, а естественные науки вообще не принимались ими во внимание. Знания приобретались только посредством усвоения традиционных установлений, изре­чений и подражания авторитетам, т.е. древним совершенномудрым правителям. Всякое новое явление оценивалось с позиции старого опыта и подгонялось под старое.
Так конфуцианское учение стало оплотом консерватиз­ма, серьезным препятствием на пути развития науки и ос­вобождения личности в Китае.
Верность (синь). Верность подданного, основанная на покорности и искренности по отношению к правителю, является неотъемлемым элементом этико-политического учения Конфуция.
Одна из важнейших заповедей в учении Конфуция — сыновнее благочестие (сяо), т. е. любовь сына к своим ро­дителям, и прежде всего к отцу. Дети обязаны не только исполнять волю родителей и верно служить им, они дол­жны любить их всем сердцем, должны быть преданы им всем своим существом.
Если человек не любит родителей, если не признает своих сыновних обязанностей, он — существо ненормаль­ное. Не любить и не почитать родителей — это все равно что сознательно сократить или погубить свою жизнь.
Чтобы внедрить в сознание людей идеи Конфуция о сыновнем благочестии, в Китае в разные времена издава­лись на эту тему книги; были в ходу такого рода сентен­ции: «Всем добродетелям угрожает опасность, когда сы­новнее благочестие поколеблено»; «Недостоин имени сына тот, кто любит другого человека более, нежели своего от­ца»; «Когда сын спасает жизнь отца, теряя свою собствен­ную,— это самая счастливая смерть»; «Любовь подданных к государю равносильна любви последнего к своим роди­телям»; «Всякий злодей начал с того, что стал дурным сы­ном» и т. д.
Принцип сыновнего благочестия распространялся не только на взаимоотношения между отцом и детьми, но и на общество в целом: на отношения между императором и министрами; между местным чиновником, которого назы­вали «отцом и матерью» его подопечных, и населением данного района. Сыновнее благочестие отражало перепле­тение феодальных общественных отношений с остатками патриархальных норм, поэтому оно распространялось как на семейные узы (непротивление отцу), так и на общест­венные отношения (непротивление императору).
«Благородному мужу», обладающему высокими мо­рально-этическими качествами, противопоставлялись «нич­тожные люди», лишенные этих качеств. Это безликая, се­рая, неграмотная и некультурная масса, не признающая «веления Неба». «Ничтожный человек», по конфуциан­ским понятиям, стремится к удовлетворению своих низ­менных, грубых страстей и потребностей; его не интересу­ют высокие идеалы, в то время как «благородный муж» стремится к совершенствованию.
На первый взгляд деление общества на «благородных» и «ничтожных» основано не на социальном положении лю­дей, а на морально-этических ценностях. Не знатное про­исхождение и имущественное положение давало право че­ловеку называться «благородным мужем», а образование и высокие моральные качества, которые приобретались в результате длительного обучения и воспитания. Фактиче­ски же в этом делении людей на «благородных» и «низ­ких» лежал чисто классовый подход, ибо путь к «благород­ству» оказывался доступным лишь эксплуататорам.
Конфуцианцы учили: «Человек по своей природе скло­нен к добру»; «Люди рождаются с добрыми наклонностя­ми и по природе своей одинаковы; различаются же они только вследствие своих привычек — если не учить челове­ка, то его добрая природа извратится». Почему же, когда человек становится взрослым, у него появляются дурные наклонности? Конфуций и его последователи объясняют это не социальной средой, а отсутствием должного мораль­но-этического воспитания.
Иерархическое соподчинение, о котором мечтал Кон­фуций, наиболее точно выражено такой формулой: «Пра­витель должен быть правителем, подданный — подданным, отец — отцом, сын — сыном». Такая многоступенчатая, многослойная социальная структура общества, построен­ная по принципу подчинения нижестоящего вышестояще­му, затушевывала классовую сущность конфуцианства и создавала иллюзию «беспристрастности» конфуцианского подхода к общественным явлениям.
Противоположность между «благородным мужем» и «ничтожным человеком», сколько ее ни рассматривать в морально-этическом плане, была порождена социальными причинами. «Ничтожным человеком» всегда оказывался простолюдин, крестьянин, а «благородным мужем» — представитель эксплуататорского класса: народ, мол, глуп и не понимает, что ему нужно; только «благородный муж» в состоянии понять нужды народа и удовлетворить их. Конфуций поучал «благородных мужей»: «Народ можно заставить следовать за собой, но нельзя заставить его знать — для чего». Из этого следует: народ является тем­ной массой, не способной к самостоятельным действиям.
Конфуций жил в классовом обществе, поэтому и его нравственные наставления выражали прежде всего ин­тересы класса, который он представлял,— наследственной аристократии. На смену ей приходил в то время новый правящий класс — землевладельцы, рабовладельцы, го­родские богачи. Восстановить былое господство наследст­венной аристократии, по мнению Конфуция, можно было с помощью соблюдения «норм поведения» (ли). В связи с этим он выдвинул и другую идею — «исправление имен» (чжэн мин).
Если раскрыть содержание понятия «исправление (или выправление) имен», то оно означает: каждый че­ловек должен занять в обществе определенное ему поло­жение и соразмерить свои поступки, исходя из этого по­ложения, т. е. должен иметь свой «статус» в обществе — быть или правителем, или князем, или сановником, или чиновником, или простолюдином. «Исправление имен» было призвано восстановить и укрепить в китайском об­ществе иерархическое деление, которое ко времени Кон­фуция было серьезно подорвано.
«Благородный муж проявляет осторожность по отно­шению к тому, чего не знает. Если имена неправильны, то слова не имеют под собой оснований. Если слова не имеют под собой оснований, то дела не могут осущест­вляться. Если дела не могут осуществляться, то ритуал и музыка не процветают. Если ритуал и музыка не процве­тают, то наказания не применяются надлежащим обра­зом. Если наказания не применяются надлежащим об­разом, народ не знает, как себя вести».
Категория: Из истории Китая | Добавил: defaultNick (25.10.2010)
Просмотров: 1540 | Рейтинг: 5.0/3
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Copyright MyCorp © 2019
Конструктор сайтов - uCoz Яндекс.Метрика